Автомобильный дизайн переходного периода. «ТЕХНО»

О промдизайне - История автодизайна

Именно так модные в середине тридцатых годов аэродинамические мотивы породили предвоенный стиль «стрим лайн» («stream line» — «струящаяся линия»), а в конце сороковых под воздействием увлечения дизайнеров ракетными соплами и хвостовыми стабилизаторами сформировались устойчивые признаки стиля, неофициально именуемого «детройтским барокко». Своеобразным рубежом стал конец семидесятых годов, когда угрюмый «бокс стайл» («box style» — «стиль коробки») сменился «биодизайном». Приставка «био» позволила взглянуть на автомобильную форму по-иному и, если угодно, по-человечески. Углы сменились плавными радиусами, прямые линии — кривыми, а поверхность стала образовываться исключительно сферой. Благодаря этой моде, в облике автомобилей начала восьмидесятых стали проявляться черты сходства с живой природой. Ну, а если внешность автомобиля напоминала кругленького и симпатичного жучка — успех дизайна был предрешен. Но это нравилось не всем, и, например, американские стилисты высмеивали такие автомобили, сравнивая их с «пучеглазой картошкой»... Однако мода оставалась устойчивой, и постепенно биоувлеченность начала «вымывать» из облика автомобиля столь необходимую остроту линий и динамичную агрессивность формы.

Как известно, любое действие порождает противодействие, и в пику «биостилистике» в начале девяностых европейские дизайнеры открывают моду на технократические мотивы в формообразовании автомобиля. В 1994 г. французский дизайнер Патрик ле Кеман (Patrick le Quement) поражает автомобильный мир концептуальным родстером для молодежи Argos. Оригинальная стилистика приходится новому поколению по вкусу, и сегодня, спустя десять лет, модное увлечение можно уже признать в качестве вполне утвердившегося стиля, который так и называют — «техно».

Этот термин происходит от греческого слова techne — искусство, мастерство. В нашем случае — это умение использовать в искусстве дизайна самые передовые технологии науки и промышленного производства и находить художественную выразительность в технологиях новых синтетических материалов. Так, например, в арсенале «техно» нет места отделке под дерево. Здесь царят серебристые металлы и космический кевлар, а любая накладная деталь украшается нарочито приметным крепежом. Формообразующие линии, как правило, геометрически просты и берут свое начало от окружности и прямой, а поверхность, которая хотя и может быть сложной и криволинейной, обязательно дополняется «бритвенной» четкостью линий переломов.

Одним из провозвестников рождения стиля «техно» можно считать модное направление New Edge — «Новая Грань», разработанное стилистами фирмы Ghia и впервые использованное европейским отделением Ford в дизайне маленького автомобильчика Ka. Поначалу многим все это казалось пустой декорацией, дробность которой напоминала картинку из детского калейдоскопа, где неожиданная смена узора из разноцветных стеклышек является основой игры. Встряхнув трубочку калейдоскопа, дизайнеры Ford получали забавные образы — мозаики с изображениями то малышки Ka, то концепта Linx или эффектного Focus... Однако постепенно Ford охладел к найденной острохарактерной стилистике. И витавшие в воздухе идеи «техно» были подхвачены дизайнерами других фирм.

Например, врожденная склонность немцев к порядку и утилитарной рассудительности превратили формальные средства упрощенного геометрического формообразования в живой и органичный фирменный стиль Audi. В его ключе создается родстер ТТ (автор пластической идеи — Томас Фриман (Thomas Freeman), воплотивший в своем дизайне квинтэссенцию новой трактовки «техно» первой половины девяностых годов. В умелых руках команды Питера Шрейера (P. Schreyer) схематичность и механистичность построения формы уравновесилась пластичностью и живым рисунком деталей. Взгляните хотя бы на дизайн культовой крышки заправочной горловины, позаимствованной у болидов F1, и вам станет понятно, что у Шрейера «техно» не самоцель, а лишь средство, которым он умело пользуется для того, чтобы автомобиль выглядел завораживающе интересно и живо.

Во второй половине 90-х, как бы выждав и убедившись, что «техно» — это всерьез и надолго, к этому стилю начинают проявлять интерес и в Новом Свете. В качестве своеобразной разминки дизайнер GMC Кип Васенко (Kip Wasenko) создает концепт двухместного родстера Evoq для Cadillac, в котором впервые за последние 30 лет форма американского автомобиля начинает граниться на плоскости. Примечательно, что американцы отнеслись к этому опыту как к проявлению «ретро». И в самом деле, дизайн Evoq чем-то напоминает граненые формы моделей DeVille и Eldorado тех времен, когда американский стайлинг избавлялся от излишеств «детройтского барокко». Параллельно с этой работой дизайнер отдела легких грузовиков GMC Карл Ципфель (Carl Zipfel) проектирует в ключе «техно» устрашающий с виду концептуальный пикап Terradyne, напоминающий своей пластикой высеченный из гранита монумент. Однако полной неожиданностью для многих стал другой дебютант в стиле «техно» — классический полноразмерный Cadillac Imaj.

Еще со времен Эрла (Earl) считалось: «Что хорошо для Cadillac — хорошо для GMC». Поэтому дизайн его модельного ряда всегда был законодателен для всех остальных, а с поста руководителя дизайна этого отделения начальники уходили исключительно на должность вице-президента. Премьера четырехдверного Imaj с очень необычной композицией кузова, состоящей из двух с половиной объемов, породила бурные дебаты среди профессионалов, ибо дизайн концепта уж слишком нарушал традиционную стилистику Cadillac, к которой так привыкли его клиенты. Новый автомобиль был откровенно ориентирован на завоевание новых секторов мирового рынка. Так, например, с одной стороны, изолированность багажника и легкая ступенчатость задней части кузова позволила приравнять его к седану, с другой, приглядевшись к силуэту, становилось ясно, что Imaj все же двухобъемный. И то ли это римейк на тему забытого фастбека, то ли кивок в сторону любимца Европы — хэтчбека. Однако всем этим «обманам зрения» объяснение все же было. Дизайном нового Cadillac занимался европейский филиал GMC в Бирмингеме и его главный дизайнер Саймон Кокс (Simon Cox), известный своими радикальными предложениями для концептуальных внедорожников Isuzu. Но повторов в дизайне нет, и если внедорожник агрессивен, словно трансформер из очередной серии «Звездных войн», то на Cadillac жестковатая стилистика «техно» воспринимается как математически выверенная огранка бриллианта, многократно повышающая цену необработанного алмаза. Служба маркетинга GMC присвоила новому «техно»-направлению в дизайне слоган «art - science» («искусство и наука»), и похоже, что концерн собирается активно использовать эту стилистику в ближайшем будущем.

Итак, «техно» — это тот стиль, на который в том или ином виде в начале нового века собираются делать ставки многие мировые производители автомобилей. Однако несмотря на эти предпочтения, полотно мировой автомобилизации остается пестрым и многоцветным. Но об этом — в следующий раз.