Национальный вопрос

О промдизайне - История автодизайна

Автомобильный дизайн Японии также очень своеобразен, и попытка иногда угодить вкусам или моде материка была, как правило, вынужденной и вызывалась чаще всего коммерческими соображениями. Но оригинальность всегда одерживала верх, и от этого японские автомобили выглядели почти всегда странновато и чуточку наивно. Но так было вчера. Сегодня же японские концерны имеют студии по всему миру и привлекают лучших европейских и американских дизайнеров, которые адаптируют островной дизайн к своим вкусам и обычаям. Но что будет завтра? Ведь так недалеко и до потери собственного национального своеобразия и до той черты, за которой все автомобили могут стать на одно лицо. Кажется, японцы первыми заметили эти симптомы, и на Токийском салоне 2001 года показали несколько концептов, чей дизайн был решен в активно выраженном национальном стиле. С точки зрения современного автомобильного дизайна это очень любопытное явление, на которое стоит обратить особое внимание, ибо как раз различия культур и могут привнести свежесть и оригинальность в стиль, оптимизированный целесообразностью, аэродинамикой и технологией.

Итак, дизайн островной, и начать стоит с географии. Положение Японии очень необычно. Основной остров Хонсю простирается с севера на юг, и если зимой на юге царствует влажный субтропический климат, то на севере очень холодно — землю покрывает толстый слой снега под низким свинцовым небом. Такой маленькой страны, которая бы находилась в столь разных климатических зонах, в мире больше нет. Есть Россия и Америка, но у них огромные территории. Поэтому во многом именно климат определил уникальный характер японского жилья. Японский дом — это не каменная коробка с окнами, как это принято в Европе и Америке. Японский дом — это временно отгороженное пространство и частичка природы. Временно, потому что стены и перегородки классического японского дома — это раздвижные деревянные рамы, затянутые рисовой бумагой. В любой момент стены могут быть раздвинуты, и интерьер и его убранство становятся частью сада или леса и наполняются его запахами и солнцем. Кроме того, японское жилище — это не помещение, которое должно согревать зимой. Главное — предоставлять прохладу летом, отсюда трансформации и открытое пространство. Любопытно, что эти принципы сохранились и в современной японской архитектуре: в ультрасовременной гостинице окно непременно во всю стену. Но какое это может иметь отношение к автомобилям? Оказывается, прямое.

Шокирующий концептуальный Isuzu Z E N, представленный в конце 2001 года, стал вызовом сложившимся стереотипам мирового автомобильного дизайна. Наверное, шока не было только у японцев, настолько точно концепция отображала философию национального жилья и устройства быта. Но самое любопытное то, что концепт появился на свет не в Японии, а в европейском филиале Isuzu в Англии, и создали его два европейских дизайнера — Джефри Гарднер (Geoffrey Gardiner) и Ян Нисбет (Ian Nisbett), правда, под неусыпным приглядом дизайн-менеджера Isuzu Атцухико Ямада (Atsuhiko Yamada). Как можно было того ожидать, результат вышел очень яркий и оригинальный. Ведь, во-первых, в основе идеи была заложена колоритнейшая культура, а во-вторых — японская самобытность была пропущена через призму европейского взгляда, да и вообще со стороны всегда видно острее и глубже.

Архитектура концепта Z E N сложилась во что-то среднее между формами SUV и вэна, с просторным внутренним пространством и широченными дверными проемами. Вспомните, разве не напоминает это раздвижные стены традиционного японского дома? И разве здесь природа не соединяется с внутренним пространством жилья-Z E N? Любопытно, что снаружи-то получился чисто европейский «хай-тэк» с холодной рассудительностью алюминия и стекла. Но обратите внимание, насколько чисты и лаконичны поверхности и сочетания цветов и фактур, а это уже чисто японское — островное. Остается лишь поразиться, как тонко эти две различные культуры соединяются и согласуются в таком маленьком пространстве, как автомобиль. И, разумеется, не вдруг кузов Z E N подразделен, как и жилище, на функциональные зоны, и это очень четко прослеживается снаружи, в рисунке боковины и остеклении. Очень короткий капот — символ современной минимализации техники, а огромный и наполненный светом салон с радиусной дугой крыши — это раскрытый японский веер Ogi. Глухие же стенки задней части кузова, вне всякого сомнения, — это вместительный японский комод с глухими лаковыми стенками, основа японского быта. Но главные ассоциации рождаются внутри. Казалось бы, возможности трансформации салона у Z E N самые обычные. Однако благодаря способности кресел в сложенном состоянии совершенно «растворяться» в пространстве (задние укладываются в ниши в полу, образуя совершенно гладкую деревянную поверхность, а передние, включая водительское кресло (!), откидываются вперед, превращаясь в органичную часть панели приборов) салон, лишенный кроме всего прочего каких-либо неровностей стен и перепадов уровня пола, становится просто неотличим от интерьера чайной комнаты, где, сняв обувь и присев на жесткое татами, можно через стеклянную крышу наблюдать, как, например, в закатных лучах солнца меняется цвет «сахарной головы» Фудзиямы.

Я далек от мысли, что лет через десять обивка автомобильных салонов повсеместно будет заменена на деревянные панели, как это сделано в Z E N, а мы в России займемся трансформацией образа русской пятистенной избы в концепцию автомобиля. Но не замечать инициативы японцев в переориентации нынешней технократичной философии автомобиля нельзя, а то у нас в скором будущем появится шанс остаться наедине с железными коробками на колесах, единственным украшением которых будут считаться прорезанные дырки для слежения за дорожными знаками...